Главная | Люди | Геннадий Семенихин

Геннадий Семенихин | DIZGUSTED

Геннадий Семенихин

Dizgusted - первопроходцы скандинавского Death Metal и Death-n-Roll на всём постсоветском пространстве, их первый полноформатник - яркое тому подтверждение. В дальнейшем группа, раздвигая свои рамки, уходила в сторону грува и мелодичных элементов, включая чистый вокал. На данный момент, наигравшись с мелодизмом и прочими экспериментами звука, группа взяла курс к своим истинным корням в подаче и звучании, но при этом, используя все наработки и опыт! Рассказать о группе мы попросили его бессменного участника Геннадия Семенихина.

– Привет! Расскажи, с чего начиналась группа? Кто стал идейным вдохновителем и организатором?

– Если брать самое начало, то было две стороны: с одной – мы со Славиком (Хохлом), гитаристом, а с другой – Капитонов и Плахотин, а заодно и первый вокалист Петров. Такой тандем просуществовал, может быть, год или около того, пока Капитонову отец не поставил условия, и выбор его был не в сторону музыки и трудностей, а в сторону армии. Плахотин, после того, как я ему позвонил через несколько дней и спросил о планах, ответил, что играть в группе он больше не хочет, а с Петровым вообще никто не смог выйти на связь. В общем, остались мы вдвоём и наконец смогли никому ничего не доказывать, а заниматься тем творчеством, каким и хотелось. Основная часть написания музыки легла на меня, Хохол сконцентрировался на текстах. Года полтора мы все это нарабатывали, к нам присоединялся Хатунцев Евгений, за что ему спасибо, но по формату участия он сразу расставил точки: просто это не совсем его музыка. Потом он собрал свою группу, мы и по сей день поддерживаем связь, он отличный парень. Затем я позвал своего знакомого, Андрея Болотова (Сэма), с его другом, басистом Олегом, и Сэм продолжил играть с нами вплоть до 2013 года. От себя хочу добавить, что с Сэмом у нас было абсолютное взаимопонимание в плане музыки и разных фишек на тот момент, очень жаль, что события сложились так, что продолжать с ним двигаться дальше стало невозможным. Затем я как-то попал на репетицию одной из команд и там заметил вокалиста, спустя какое-то время я предложил Хохлу пригласить его к нам, и с тех пор Макс Кобзев (Клещ) является участником нашей банды. Мы долго спорили и решали, брать назад Капитонова или не брать. Насколько я помню, Хохол не очень приветствовал его уход в армию. Наступив на гордость, мы взяли его назад, и состав был укомплектован, материал придуман – вот так начался наш андеграундный путь.

– Лично тобой двигали амбиции или музыка – твой кайф?

– Я по сей день не могу ответить, что мной движет. Я видел много людей за эти годы, и очень мало из них по-прежнему этим занимается. Я никогда не ставил цели зарабатывать деньги музыкой, я просто хотел ее играть. Я пробовал завязывать с ней, но без этого я не чувствую свою целостность.

– Познакомь нас с остальными участниками. Какие преграды вам приходилось преодолевать в начале пути? Возникало ли когда-нибудь желание бросить музыку? Если да, то почему?

– Попробую продолжить тему участников. На момент конца 90-х это были Кошель Святослав (Хохол) – гитара, Болотов Андрей – гитара, Капитонов Сергей – бас, Макс Кобзев – вокал, Геннадий Семенихин – барабаны. В начале 2000-ных Хохол стал исчезать из поля зрения, он устроился на работу, которая отнимала уйму времени, и это отразилось на его игре и на группе в целом. Очень больно было с ним расставаться, мы вместе пережили очень трудные времена, и я по-прежнему считаю его своим другом и братом. Думаю, спустя какое-то время он понял и простил. Потом к нам снова присоединился на какое-то время Плахотин, Но когда возникла необходимость выехать на концерт, он сильно подвел группу: мы поехали вчетвером и затем какое-то время так и играли. Затем к нам присоединился Игорь Кудряшов, но также через какое-то время затерялся, хотя несколько концертов отыграл. В период с 2005 по 2007 год мы рассорились. По слухам, они приглашали барабанщика, но что-то пошло не так. Потом мы случайно встретились и через час уже поехали на репетицию. Игорь Кудряшов опять появился, но через какое-то время исчез. Мы наконец-то «разродились» и, после миллиона попыток, записали первый альбом. Затем в качестве гитариста был приглашён Сергей Титов. Но, надо сказать, с гитаристами у нас прям беда была: после записи второго альбома мы снова остались вчетвером. Параллельно с основным я начал ещё один проект, где воплощал более мелодичный материал и играл на гитаре. Потом, когда надоели эти вечные проблемы с гитаристами, я сделал рокировку: на свое место позвал барабанщика из параллельного проекта – Аргунова Юру, а сам взял гитару. Материала было много, и мы начали записывать его спустя какое-то время, заодно играя где только возможно. С Болотовым Андреем мы были вынуждены расстаться, на его место позвали Буева Славика, но тут катаклизмы продолжились, и из группы ушли сразу двое: барабанщик и гитарист. Я не знал, что делать: продолжать или заканчивать, и ответа не находил. Но так как барабанщиком и мной были записаны барабаны к песням, я решил засесть в студии и записать гитары, а когда я их записал, басист неожиданно изъявил желание поиграть, ну и заодно записал партии баса. Потом и барабанщик вроде бы не против был поиграть на концертах, но с этого момента уже не было той магии и всего остального: басист ушёл играть в группу Андрея Болотова, вокалист тоже к ним присоединился, Славик Буев написал, что завязывает с музыкой… Из всех сложных моментов, что происходили до этого времени, этот был самым сильным, и я не думал, что его можно как-то запросто пережить… Но ко мне пришла мысль, за которую я зацепился: решил снова сесть за барабаны, что и сделал. Затем стал вопрос: проложить в формате Dizgusted или начинать что-то другое? Встретился с вокалистом и услышал, что тот готов продолжать. Вопрос формата отпал, к тому моменту я укомплектовал состав и на сегодняшний день он такой: Макс Кобзев – вокал, Сергей Бельков – гитара, Вован Белоусов – гитара, Вован Смирнов – бас, Геннадий Семенихин – барабаны.

– Музыку и тексты пишет кто-то один или это совместная работа? Менялись ли с годами тексты ваших песен? Какая тема актуальна для вас сейчас?

– С музыкой у нас было так: сперва я и Андрей Болотов, после его ухода - все на мне. Но в этом отношении я никогда не был деспотом, и любые идеи, если они здравые, с готовностью принимались. Тут же возникает вопрос: как и чем измерить здравость? Тут срабатывают опыт и чутьё, видение общей картины, включая все инструменты и звучание каждой партии, звука и т. д. В этом плане я непреклонен, и в группе должен быть такой человек. Опыт показывает: как только в группе начинается демократия, группе приходит конец. Тексты – на Максе, и он – основной автор. Мы никогда не пели про какую-то бессмыслицу или потустороннюю дичь. Все, что нас окружает и волнует, то и ложится в строчки текста, тут все честно.

– Как вы обычно готовитесь к выступлениям, есть ли у вас какие-то ритуалы перед выступлениями? Как вы обычно расслабляетесь после выступлений?

– Какие-то ритуалы перед выступлениями были раньше, по молодости… А сегодня это – вовремя приехать, отстроить звук и наслаждаться моментом, а после – общаться с друзьями, обсуждать, анализировать, видеть ошибки и просто нормально выспаться после концерта.

– Где-то читала, что именно ваш подраздел металла отнимает много физических сил во время исполнения. Это действительно так?

– Как я уже говорил, в этой группе я играл на гитаре и на барабанах. Барабаны отнимают очень много сил. После концерта или репетиции я – как после интенсивной тренировки, вся одежда насквозь мокрая. Но если сравнивать эти два инструмента, то плюсов у барабанов гораздо больше: я в прекрасной физической форме, мне не нужны спортзалы и специальные нагрузки, а с гитарой я был более ленив.

– Где вы записываете свои песни?

– Про запись песен... Есть талантливые люди, которые нам с этим помогают. На сегодняшний день не обязательно ехать и снимать дорогую студию, чтобы хорошо записать что-то. Как правило, Инстаграм с картинками дорогого железа, а по факту – конвейер, так что пишем хоть и не так быстро, как хотелось бы, но с минимальными затратами и хорошим выходом.

– Как относитесь к другим жанрам музыки, таким как поп, рэп? Не завидуете их массовости, популярности на сегодняшний день?

– Лично я в плане музыки – всеядный. Понятно, что тяжелая музыка – это приоритет, но я не из тех, кто негативно относится к другим музыкальным направлениям. Я понимаю, что такое шоу-бизнес и по каким правилам идет игра. В любом жанре есть прекрасные исполнители и их клоны. Ты или принимаешь правила игры, или, как мы, в андеграунде, но чистой совестью. Сейчас очень нездоровая тенденция во всех жанрах: одинаковый саунд, одежда, поведение – все под копирку, продюсеры боятся ставить на самобытность и развивать эту черту, вкладывают и раскручивают уже по проверенным шаблонам. Если говорить о нас, то вряд ли мы пошли бы на эту авантюру, мы уже не мальчики молодые, мы играем ради самой музыки, а не ради денег и славы на пару месяцев или пару лет максимум.

– Как часто можно увидеть ваше выступление? На каких площадках?

– Выступаем и любим выступать на летних фестивалях, уже несколько расписано на это лето. Также бывают интересные концерты не только летом. Последние лет пять мы больше отказываемся, чем играем. Надеюсь, эта тенденция закончится, нынешний состав с хорошим боевым духом и готов крушить стены звуком!

– Наверняка у вас есть фанаты и фанатки. Случались ли курьезные случаи с тобой или другими участниками из-за повышенного внимания поклонников/поклонниц?

– Фанаты и поклонники, конечно, есть. Мы всегда были самобытной группой, поэтому наша публика – больше эстеты, чем потребители, и песни, написанные 15 лет назад, не стыдно и сегодня играть. Мы не мейнстрим, у нас есть своя ниша, но не было такого, чтобы мы играли, и это не вызывало у людей эмоций. Однажды нас позвали на полузакрытую вечеринку в Воронеже, там у кого-то днюха была и в этом клубе была очень молодая публика и явно не наша. Поначалу мы думали: ну все, закидают сейчас… Но нет, в конце первой песни зал сошел с ума, и все ринулись к сцене и отрывались так, как будто знали каждую песню. Курьезов много было! Один курьез с нашим гитаристом произошел: он после концерта ушел с фанаткой, а потом на ней женился, и мы пару лет его не видели…

– Мешает ли музыка личной жизни?

– Мешает ли музыка личной жизни? Смотря кто рядом с тобой. Сейчас со мной девушка, которая принимает меня таким, и все нормально. Ну, естественно, я не могу теперь схватить гитару посреди ночи и начать воплощать мысли, пришедшие в голову, но я научился их не терять. В общем, тут тоже надо работать, и раньше я этого не умел, но теперь стараюсь понимать людей и находить компромисс, и люди, в свою очередь, меня тоже понимают. Но тем, кто стал на этот путь, я бы посоветовал не жениться рано, иначе с музыкой вы распрощаетесь однозначно.

– Согласились бы вы на переезд в другой город, если бы там вам предложили интересный контракт?

– Я реалист. Слишком хорошо знаю, как устроены мир и шоу бизнес. Вряд ли среди ночи просто так зазвонит телефон, и дядя предложит контракт – для этого надо что-то делать. Но если это когда-то произойдёт, то тому дяде придётся выполнить все условия, и не только мои, но и остальных, чтобы с нашей стороны не было сомнений. Но чтобы подобное случилось, нужно, чтобы очень много всего сошлось, так как, повторюсь, шоу-бизнес во всех жанрах очень шаблонный, а в тяжелой музыке в нашей стране он вообще не развит, и каждый прокачивает себя практически сам, насколько это позволяют финансы, связи и т. д.

30 мая 2019 года




Размещение рекламы:

(4742) 57-10-78, 89103509926
ralipetsk@mail.ru